Пока новостные ленты пестрят заголовками об обмене ударами между США и Ираном, а цена барреля пляшет от $92 до $108, происходит нечто парадоксальное. Американский доллар, несмотря на растущие риски дедолларизации и угрозы контроля над Ормузом, продолжает укрепляться.
Почему война, бьющая по карману всего мира, оказывается выгодна Соединенным Штатам? Ответ кроется в трех столпах современной экономики.
Нефтяной шок против Европы
24 мая цена на нефть Brent рухнула почти на 5% до $98,89 на надеждах на мир, но уже 27 мая на новостях о новых ударах ВВС США котировки снова рванули вверх. Казалось бы, высокая нефть бьет и по США. Но это не совсем так.
Bank of America в лице стратега Майкла Хартнетта четко обозначил победителей затяжной войны: сырье, доллар и оборонный сектор. Европа же попала в список главных проигравших.
В то время как США, благодаря сланцевой революции и энергетической независимости, могут пережить скачок цен (более того, американские нефтяники получают сверхприбыли), экономика еврозоны задыхается.
Высокие цены на энергоносители разгоняют инфляцию в Европе, заставляя ЕЦБ действовать жестче, но при этом уничтожают промышленность. Бегство капитала в активы-убежища, которым традиционно является доллар, только усиливается.
Ловушка «зеленого»: парадокс убежища
Здесь мы сталкиваемся с классическим парадоксом. В краткосрочной перспективе, на волне паники, доллар растет. Мы видим, что индекс DXY колеблется вблизи психологических отметок, а пара EUR/USD при малейшей эскалации норовит уйти под 1,16. Трейдеры всего мира скупают американскую валюту, спасаясь от рисков.
Однако та же самая война запускает механизмы, которые в долгосрочной перспективе эту гегемонию подрывают. Закрытие Ормузского пролива — это не просто рост цен на заправках. Это удар по системе «нефтедоллара», работавшей с 1970-х.
Иран, контролируя пролив, уже принимает оплату за проход судов в китайских юанях. По данным МВФ, доля доллара в мировых резервах упала до 56,77%, а если считать резервы вместе с золотом — и вовсе до 46%, минимума за 26 лет.
Война ускоряет этот процесс, подталкивая мир к поиску альтернатив, даже если сейчас все еще цепляются за «зеленый».
«Медвежья услуга» от геополитики
Получается двойственная картина. Стратег BofA считает, что затяжная война создает благоприятные условия для американской валюты и нефти за счет уязвимости Европы и Азии. С ним соглашаются в Morgan Stanley, отмечая, что доллар «сохраняет статус безальтернативной резервной валюты».
Однако, как только запахнет жареным и геополитическая напряженность пойдет на спад, произойдет обратная реакция. По мнению аналитиков, деэскалация спровоцирует «продажи нефти при $90/барр., продажи доллара США», и евро ринется в отыгрывание позиций.
Что мы имеем в сухом остатке? Прямо сейчас доллар выигрывает у конкурентов, потому что у последних есть физические границы и зависимость от импорта энергоресурсов. Но на кону — доверие к финансовой системе США.
Каждый новый раунд боевых действий дает Вашингтону тактическое преимущество, но приближает момент, когда мир решит, что хранить сбережения в валюте страны, разжигающей войны, становится слишком опасно.