UBS предупреждает: война с Ираном может затянуться до лета — и нефть снова рванёт вверх

Когда Ларри Саммерс в одном из мартовских интервью заметил, что «мир снова живёт на пороховой бочке», он явно имел в виду не только геополитику, но и нефтяной рынок. 

Ситуация вокруг Ирана и пролива Хормуз стала тем самым нервным узлом, который тянет цены на нефть вверх, а прогнозы — в сторону всё более мрачных сценариев. И вот теперь аналитики UBS фактически признают: конфликт может не просто затянуться, но и изменить структуру рынка на месяцы вперёд.

По данным Reuters, опубликованным в The Economic Times, нефть Brent в конце марта 2026 года уже держалась выше $100 за баррель, а WTI — около $89. Это не кратковременный всплеск, а реакция на устойчивое ощущение, что война США и Израиля с Ираном не закончится быстро. 

UBS в своих мартовских обзорах рисует три сценария, и лишь один из них выглядит относительно спокойным. 

В первом случае — если конфликт удастся погасить к середине марта — цены могли бы вернуться к $70–80. Но этот вариант уже не актуален: март прошёл, а пролив Хормуз остаётся частично заблокированным.

Гораздо реалистичнее второй сценарий: перебои с поставками продолжаются около месяца, рынок сжимается, и Brent поднимается выше $100, удерживаясь на этом уровне до второго квартала. Именно этот прогноз UBS называл базовым ещё 11 марта. 

Но есть и третий вариант — тот самый, который заставляет нервничать даже самых спокойных экономистов. 

UBS допускает, что если перебои затянутся дольше месяца и инфраструктура будет повреждена, нефть может уйти к $150 за баррель уже во втором квартале. Это не паника, а расчёт: при закрытом проливе рынок теряет до 20 млн баррелей в сутки, и никакие резервы не способны компенсировать такой провал. 

Ситуацию усугубляет то, что, по данным UBS, страны Персидского залива уже вынуждены сокращать добычу на 6,5 млн баррелей в сутки из за ограничений по логистике. А США, несмотря на заявления Дональда Трампа о «почти завершённой операции», продолжают наносить удары по объектам на острове Харк — главном экспортном узле Ирана. 

Всё это означает одно: рынок живёт в условиях хронического дефицита. Даже если поставки восстановятся к апрелю, цены не вернутся к прежним уровням. UBS прямо говорит: восстановление будет медленным, а премия за риск останется до конца 2026 года.

Экономисты сходятся в одном: худшее для рынка — не сама война, а неопределённость. Когда никто не понимает, сколько продлится конфликт, рынок начинает закладывать в цену самый жёсткий сценарий.

И если честно, складывается ощущение, что лето 2026 года мы встретим с дорогой нефтью и нервным рынком.