Лето обещало быть спокойным. Но пришёл май, а с ним — понимание: к августу евро может выглядеть совсем иначе, чем сегодня.
Европейская валюта балансирует на тонком льду, под которым — холодная вода рецессии и кипяток дорогой нефти. Давайте без прикрас разберём, что происходит с экономикой еврозоны и почему курсовые качели только начинаются.
Заводы встают, а цены идут вверх
Промышленность Европы — это не абстрактная строчка в отчёте, а живые заводы, которые кормят миллионы семей. И этим заводам сейчас откровенно плохо.
Индекс деловой активности в обрабатывающем секторе, рассчитываемый S&P Global, в мае просел до 44,2 пункта. Это уже пятый месяц ниже отметки 50, отделяющей рост от сжатия.
Вдумайтесь: производство не просто тормозит, оно съёживается. Химические гиганты в Германии сокращают смены. BASF ещё в апреле предупредил о возможной остановке энергоёмких линий на фоне рекордных счетов за газ, сообщило агентство Reuters. Автомобильные заводы на севере Италии переходят на четырёхдневку.
Дорогая нефть бьёт по всей цепочке: сырьё дорожает, логистика дорожает, потребитель беднеет. Круг замкнулся.
А теперь поверх этого наложите инфляцию в 4,8 процента — именно такую цифру опубликовал Евростат 20 мая. Это много. Слишком много для региона, привыкшего к нулевым ставкам и дешёвому импорту. Получается мерзкий коктейль: цены растут, доходы падают, а заводы закрываются. Евро в такой среде не укрепляется, он выживает.
Нефтяной шок, от которого не спрятаться
Нефть Brent выше 135 долларов за баррель — реальность, которую терминалы Bloomberg фиксируют с начала мая. Причина понятна: операция в Персидском заливе нарушила танкерные маршруты, а страх перед блокадой Ормузского пролива закладывается в каждую котировку. Для Европы, которая закупает нефть и газ в долларах, это двойной удар.
Слабый евро делает долларовое сырьё ещё дороже, а дорогое сырьё ослабляет экономику, давя на евро. Спираль. Газовый рынок тоже штормит. Фьючерсы на TTF держатся около 650 евро за тысячу кубометров. Да, это не панические пики трёхлетней давности, но для промышленности, пытающейся конкурировать с американцами и китайцами, каждое такое удорожание — как гвоздь в крышку гроба.
По данным Gas Infrastructure Europe, хранилища заполнены неплохо, но трейдеры нервничают: если конфликт затянется до осени, зимние закупки станут мучительными.
Чего ждать к концу августа
Заседание ЕЦБ 7 мая оставило ставку на 3,5 процента. Кристин Лагард сказала то, что говорят обычно в таких случаях: мы бдительны, мы следим за данными, мы готовы действовать. Но рынки слышат другое: инструментов для борьбы с немонетарным шоком у регулятора нет.
Повысишь ставку — добьёшь и без того чахнущие заводы. Понизишь — евро рухнет, а импортная инфляция разгонится ещё сильнее. К концу лета евро окажется зажатым между этими жерновами.
Если конфликт в Заливе неожиданно угаснет, валюта получит передышку. Если нет — пара EUR/USD может уверенно прописаться ниже 1,02 и пойти дальше вниз.
Пока сводки с Ближнего Востока напоминают фронтовые телеграммы, рассчитывать на чудо не приходится. Евро придётся тащить на себе всю тяжесть энергетического кризиса — в одиночку.