Несмотря на историческое усиление правых и евроскептичных фракций в Европарламенте, где они уже контролируют более четверти мест, единая европейская валюта продолжает демонстрировать устойчивость.
Рыночные индикаторы начала 2026 года, включая укрепление курса евро и умеренные спреды суверенных облигаций, свидетельствуют о том, что инвесторы пока не рассматривают сценарии распада валютного союза как базовые.
Политический ландшафт Европейского союза претерпел значительные изменения после выборов в Европейский парламент в 2024 году, однако напрямую на курс евро это влияет слабо.
Такую точку зрения, как передает корреспондент сетевого издания «Белновости», в беседе с Bankiros.ru выразил аналитик международной повестки Никита Пантелеев.
По его словам, результаты выборов привели к заметному усилению евроскептиков. В частности, фракция «Патриоты за Европу», которую либеральные аналитики часто квалифицируют как ультраправую, получила 84 мандата, что составляет 11,7% от общего состава.
Консервативная фракция евроскептиков «Европейские консерваторы и реформисты» заручилась поддержкой 78 депутатов (10,8%). Еще одна сила — национал-консервативная фракция «Европа суверенных наций» — контролирует 25 мест (3,5%). Таким образом, суммарно правые партии сегодня занимают 25,6% кресел в законодательном органе ЕС, насчитывающем 720 депутатов.
Это большое число, но пока еще недостаточное для кардинального изменения курса, — комментирует ситуацию Пантелеев.
Эксперт подчеркивает, что Европарламент не управляет напрямую финансовой системой Евросоюза. Однако он признает, что новая политическая конфигурация способна оказывать опосредованное влияние на фискальные решения, отношение к бюджетным реформам и общеевропейским механизмам.
Ключевым фактором стабильности, по мнению аналитика, выступает институциональная независимость денежно-кредитной политики. Монетарная власть в еврозоне централизована в руках Европейского центрального банка (ЕЦБ), чья независимость закреплена законодательно.
Статья 130 Договора о функционировании Европейского Союза прямо запрещает ЕЦБ и национальным центробанкам принимать инструкции от институтов ЕС или правительств стран-членов.
Политическая турбулентность становится проблемой для евро только тогда, когда рынки начинают закладывать в цены ухудшение бюджетной дисциплины, рост премий за риск по госдолгу или ожидания выхода отдельных стран из еврозоны, — поясняет Пантелеев.
Однако данные начала 2026 года не дают поводов для паники. Спреды по доходности десятилетних облигаций Италии и Франции к немецким «бундам» остаются на сдержанных уровнях (около 59,8 и 52 базисных пунктов соответственно). Эти показатели, отмечает эксперт, несопоставимы с кризисными эпизодами прошлых лет, когда рынки действительно оценивали риски распада валютного союза.
Подтверждением служит и валютный рынок: 28 января 2026 года пара евро-доллар достигала максимума 1,1974. По словам Пантелеева, в ЕЦБ даже фиксировали дискуссии о том, что слишком крепкий евро может начать давить на инфляцию, что также свидетельствует о силе валюты.
Более того, социологические опросы демонстрируют рекордный уровень доверия населения к единой валюте. Весной 2025 года поддержку евро выразили 83% респондентов в странах еврозоны, что стало историческим максимумом.
Рост правых партий не является прямой угрозой для стабильности евро и единой денежной политики — реальный риск носит опосредованный характер. Исходя из текущих данных, базовый сценарий — это устойчивая еврозона с периодическими всплесками волатильности, а не системный кризис валютного союза, – резюмировал аналитик.
Автор: Павел Господарик
