Когда в начале марта 2026 года Мохамед Эль Эриан в эфире Bloomberg TV заявил, что «мировая экономика входит в фазу, где сильный доллар перестаёт быть благом», многие восприняли это как очередное предупреждение. Но спустя несколько недель стало ясно: он был прав.
Война в Иране перевернула все прогнозы, и доллар неожиданно стал укрепляться на фоне глобального ослабления экономик.
Ситуация выглядит парадоксально. США вовлечены в конфликт, цены на нефть растут, инфляция снова давит на потребителей, а доллар — растёт. Reuters сообщило, что индекс доллара поднялся до максимума с 2020 года. Это не просто реакция на геополитику. Это — бегство в валюту, которая воспринимается как последний островок стабильности.
Но за этим укреплением скрывается куда более тревожная картина.
Экономики по обе стороны Атлантики начинают замедляться. Европа сталкивается с ростом цен на энергоносители. Азия — с перебоями в поставках. США — с давлением на внутренний рынок. И всё это — прямое следствие иранского конфликта.
Главный удар пришёлся по энергетике. После серии атак в Ормузском проливе BBC сообщило, что мировые поставки нефти оказались под угрозой. Это вызвало скачок цен выше 110 долларов за баррель. Для мировой экономики это означает одно — рост расходов, снижение производства и новый виток инфляции.
ФРС оказалась в ловушке. С одной стороны, инфляция требует жёсткой политики. С другой — экономика начинает замедляться.
Wall Street Journal пишет, что промышленный сектор США показал худшие результаты за последние четыре года. Но ставка остаётся высокой, потому что ФРС боится повторения инфляционного всплеска 2022 года.
Именно это и укрепляет доллар. Мир видит, что США готовы удерживать жёсткую политику, даже если экономика замедляется.
Европа такой роскоши позволить себе не может. ЕЦБ уже намекает на возможное снижение ставки, потому что промышленность Германии и Франции не выдерживает давления. В результате евро падает, а доллар растёт.
Но укрепление доллара — это не победа. Это симптом. Симптом того, что мировая экономика снова входит в период нестабильности.
Иранский конфликт стал катализатором. Он разрушил цепочки поставок, поднял цены на нефть, усилил инфляцию и заставил центробанки действовать вразнобой.
Экономист Пол Кругман в колонке для The New York Times отметил, что «сильный доллар — это не признак силы США, а признак слабости мира». И это точное определение.
Доллар растёт не потому, что экономика США процветает. Он растёт потому, что остальной мир падает быстрее.
Сейчас важно понимать: укрепление доллара — временное. Если конфликт затянется, если нефть продолжит дорожать, если ФРС не сможет удержать баланс, доллар столкнётся с тем же, что переживают другие валюты. Но пока мир ищет безопасную гавань, доллар остаётся единственным вариантом.
Война в Иране сломала прогнозы. Она показала, что даже самые устойчивые модели рушатся, когда геополитика выходит из под контроля. И доллар — лишь отражение этого хаоса.
Автор: Сергей Туманов
