Последние новости и события по теме валютный рынок онлайн. Актуальная информация, экспертные мнения, оперативные сводки, фото и репортажи на информационном портале Белновости, страница 4
Главный экономист Международного валютного фонда Пьер-Оливье Гуринша 14 апреля 2026 года произнес фразу, которая разнеслась по всем финансовым лентам мира: закрытие Ормузского пролива может вызвать «энергетический кризис беспрецедентных масштабов».
Пьер-Оливье Гуринша, главный экономист МВФ, 14 апреля признал очевидное: «Прогноз роста, который мы собирались повышать, пришлось урезать». Цифры мрачнее тучи: глобальный ВВП теперь подрастет лишь на 3,1%, а инфляция разгонится до 4,4%. И все это — цена барреля в 110 долларов.
Знаете, что сказал еврокомиссар по экономике Валдис Домбровскис, когда журналист Financial Times спросил его о перспективах еврозоны? Он использовал слово «стагфляционный». Домбровскис — латвийский технократ, человек, чья речь обычно напоминает инструкцию к стиральной машине.
Кеннет Рогофф, бывший главный экономист МВФ, а ныне профессор Гарварда, 15 апреля бросил фразу, которая заставила замереть трейдеров по обе стороны Атлантики: «Доллар переоценен как минимум на 20% — когда в прошлом валюта была настолько переоценена, она дешевела следующие пять-шесть лет».
При затяжной войне и цене нефти выше 100 долларов за баррель мир рискует скатиться к росту в 2 процента или даже ниже. "Это будет означать, что глобальная рецессия — вопрос решенный", — сухо констатируют аналитики Фонда, напоминая, что подобное случалось лишь четырежды с 1980 года.
Апрель 2026 года. Ормузский пролив полузакрыт, Brent скачет как бешеный, а прогнозы по евро и доллару расходятся настолько, что напоминают не диалог профессионалов, а базарную перебранку.
Тишина над Персидским заливом обманчива. Танкеры стоят мёртвым грузом. Спутниковые снимки фиксируют лишь военные корабли США и редкие суда под иранским флагом. А между тем мир балансирует на грани экономической катастрофы, масштабы которой большинство пока просто отказывается осознавать.
Главный экономист Международного валютного фонда Пьер-Оливье Гуринша 14 апреля представил доклад, от которого веет могильным холодом. Закрытие Ормузского пролива, предупредил он, может вызвать «энергетический кризис беспрецедентных масштабов».
Кеннет Рогофф, бывший главный экономист МВФ, а ныне профессор Гарварда, в середине апреля бросил фразу, от которой у держателей долларовых активов должен пробежать холодок по спине. Выступая на полях мероприятия HSBC в Гонконге, он без обиняков заявил: «Скорее всего, доллар переоценен как минимум на 20%».
Вы когда-нибудь пробовали собрать в одной комнате десять финансовых экспертов и задать им один простой вопрос? Если да, то вы знаете, что результат напоминает не дискуссию, а скорее выпуск «Comedy Club» с элементами драмы.
Знаете это чувство, когда смотришь на график и понимаешь — что-то не сходится? Вот и я о том же. Пока политики с трибун рассказывают про «контролируемую ситуацию» и «уверенное восстановление», ведущие аналитические департаменты мира — те самые, где сидят люди с окладами, сравнимыми с бюджетами небольших городов — рисуют картины, от которых хочется перепроверить, не перепутали ли они слайды в презентации.
Знаете, что общего между итальянским производителем керамической плитки, немецким химическим концерном и пенсионером из Лиссабона, хранящим сбережения в евро? Все они сейчас смотрят в одну точку — на газовый хаб TTF в Нидерландах.
На дворе апрель 2026-го, и пока вы читаете этот текст, кто-то в Пентагоне ломает голову над тем, что делать с Харгом, а кто-то на Уолл-стрит — над тем, как пережить очередной ценовой шок, если фьючерсы на Brent снова ломанутся к трехзначным цифрам.
Еврозона в начале 2026 года столкнулась с падением промышленного производства, а Япония — с рекордным ослаблением иены.
Середина 2026 года действительно превращается в арену, где две силы — американская валюта и сырьевой рынок — вступили в прямое противостояние.
Вашингтон оказался втянут в конфликт, который не имеет чёткой стратегии выхода.
Экономисты банка редко делают резкие заявления, но на этот раз они отметили, что «лето 2026 года станет испытанием для европейской валюты».
Весна 2026 года действительно превратилась в точку, где доллар и евро одновременно столкнулись с давлением, которое раньше распределялось между ними по очереди.
Стагфляция — слово, которое политики старались избегать, — теперь звучит в каждом эфире CNBC. И это уже не прогнозы паникёров, а официальная статистика.
От него зависит, останется ли доллар королём мировых валют или уступит позиции уже к середине лета.